Кảмин (camin) wrote,
Кảмин
camin

Category:
  • Location:
  • Music:

Психология бездушного человека

Здесь должна быть фотография
бритого, бородатого человека в коже.
Он сидит на танцполе.
Перед ним пляшет, скачет
кучка подростков под звуки "Телевизора"

У меня нет этого фото.
Но я точно знаю, что оно существует в природе.
Девушки, клубные фотографы,
пару раз пытались запечатлеть себя на фоне "классика".
Жаль не взял у них визитки.


Когда я прочитал в аннотации книги "Санькя", что это современный психологический роман, я загорелся идеей про это написать. Но текст зрел почти год.
Писать, что на свет "современный Горький народился" не хотелось. В романе, конечно есть "пролетарьят". И Прилепин на каком-то витке продолжает вольнодумческую линию Радищева-Чернышевского-Горького. Это для меня так же очевидно, как линия Гоголь-Щедрин-Булгаков-Пелевин. Но никто не пытается искать истоки мистики Гоголя в буддизме Пелевина.
С другой стороны, это такой же штамп, как сравнивать Прилепина с Гебельсом. Есть такой стереотип в массовом сознании нижегородцев наблюдающих за политической активностью автора, через призму черного пеара.
Впрочем молодой Гебельс, похвалу Горького в свое время заслужил, за роман о молодых рабочих. А Дугин и вовсе записал его в предтечи германских национал-большевиков.
Но националистического в романе мало. Столкновение с кавказцами на Канавинском рынке, явно не в счет. Милиционер-националист автору и его герою не менее неприятны чем, кавказцы. Больше симпатии получает молодой армянин, оказывающийся с нацболами в одной камере. Разговоры Саньки о "красно-коричневом народе" и "антисемите Лавлинском" и вовсе смотрятся, как авторская провокация.
Гораздо больше в романе общего критического настроя к "свинцовым мерзостям жизни". Такого, какой был у французских натуралистов и критических реалистов.
Стоило мне озвучить эту идею, как мне немедленно возразили:
-Ну какой из Прилепина Эмиль Золя?
-Для меня только в том, что Золя не служил в Омоне :)
Впрочем, Лермонтов и Толстой на Кавказе тоже служили. Но их в национализме пока не обвиняют.
Впрочем, наблюдал я как-то на "форуме несогласных" настоящую истерику, вызванную пушкинскими строками:
Перед утренней зарею
Братья дружною толпою
Выезжают погулять,
Серых уток пострелять,
Руку правую потешить,
Сорочина в поле спешить,
Иль башку с широких плеч
У татарина отсечь,
Или вытравить из леса
Пятигорского черкеса."

А.С. Пушкин "Сказка о мертвой царевне и 7 богатырях"
Почему же тогда можно было так писать солнцу русской поэзии?
"Еще в XIX веке, когда одной из задач прессы журналисты считали просвещение читателей, распространение в обществе любви к Родине, гордости за нее, идей гуманизма и толерантного отношения к иным чем они людям В.К. Малькова "Анализ периодических изданий первой четверти XIX века. Архив автора"
Отчего же так страшно это сейчас читать.
А не знает русский народ, какой он. Нет его, как субъекта политической и общественной жизни. Нет описания души народа. Зато есть в прессе "образ России, тесно переплетенный в публикациях газет с русским этносом предстает перед читателем как образ большой, бедной и несуразной страны, населенной странным народом с неумными правителями ...
Обо всем этом, день за днем читателям красочно рассказывают свои же российские газеты" В.К. Малькова.
 
А что бы мы хотели услышать о народной душе, от нескольких поколений атеистов?
Поэтому книга эта для меня антинародна в той же степени, как и современное общественное мнение в ктором господствуют разрушительные стереотипы.
Так же несуразны и бездушны и отдельные герои книги. Что есть человек - душа обремененная трупом. Отберем у него душу. И что же. Будет адски больно. "Ад - это когда уже нельзя терпеть, а умирать еще не дают" Да и не хочется умирать. И заменяется душевная жизнь внешней, хаотичной активностью.
Погони, драки, еда, выпивки, ограбление, поджоги, разрушение, секс. Что они дают главному герою?
Временное ощущения себя живым. Но еда после аппетита или сытости вызывает отвращение, выпивка не эйфорию, а оглушение и распад. Вырученные грабежом деньги непонятно, как тратить на себя. Секс приятен, но механистичен. И физиологичность его гибельна, сближая с моментом смерти.
Отдельно хочется сказать об этой теме: разрушения и смерти.
Смерть отца героя, для меня ключевая сцена. Та непреклонность, с которой герой движется на сельское кладбище через заснеженную чащу, зачаровывает.
В итоге, он сам оказывается на грани смерти и спасается только чудом. Точнее спасает его очередной мертвец, по такой же иррациональной причине. Но движения не прекращает. Почему не может он остановиться, задуматься, взглянуть внутрь себя? Потому что в момент такого сильного горя, душа непременно отзовется болью, даст о себе знать. И жить по старому станет невозможно. Но любая рефлексия для бездушного человека не переносима и немедленно трансформируется в поведение, действие. А позитивная деятельность для него не возможна, поскольку потребует пресловутой внутренней работы. 
На каком-то из многочисленных маршей был такой лозунг "Мертвый - вставай". Кто этот мертвый, Ленин? Или может быть сам русский народ, который с многочисленных войн прошлого века вернулся увечным инвалидом со сломанным хребтом.
17 старик не даром говорит: "Скоро побежите все, как поймете, что устали от вас. Но бежать будет некуда: все умерли, кто мог приютить. В сердцах ваших все умерли, и приюта не будет никому."  И нет у его собедников желания жизнь эту исправить, а лишь уничтожить до основания, а затем ...
Но народ еще жив. Умирает, отдавая себя по кусочкам. Но не мертв. И еще может крепко ухватить любого, кто имеет неосторожность попытаться глумиться над бесчувственным телом. Но деятельность эта пока скорее бессознаетльна и инстиктивна. А поэтому пуста, нелепа и бессмысленна. И призывы любить то что есть, тоже. Это все равно что призывать любить лейкоциты. Но  большинстов людей, которые из сколения видят только в виде гноя, содрогнутся от отвращения.
После избиения сотрудниками спецслужб, в больничной палате посещает Санькю инсайт:
"Человек - это огромная, шумящая пустота, где сквозняки и безумные расстояния между каждым атомом. Это и есть космос. Если смотреть изнутри мягкого и теплого тела, скажем, Сашиного, и при этом быть в миллион раз меньше атома - так все и будет выглядеть - как шумящее и теплое небо у нас над головой.
И точно так же мы живем внутри страшной, неведомой нам, пугающей нас пустоты. Но все не так страшно - на самом деле мы дома, мы внутри того, что является нашим образом и подобием.
И все, что происходит внутри нас - любая боль, которую мы принимаем и которой наделяем кого-то, - имеет отношение к тому, что окружает нас. И каждый будет наказан, и каждый награжден, и ничего нельзя постичь и все при этом легко и просто
".
Смешны попытки отдельных рефлексирующих персонажей после этого рассуждать с Санькёй о комплексах и их изживании. Душа это не только форма, внутренний смысл.
И я чуть не предался этой зажигательной идее, рассмотреть весь роман, как гигантскую метафору внутреннего путешетствия бессознательного комплека в противостоянии "цензуре" не дающей на уровень сознания подняться и поиске подобия собственного сознания.
Но не до коплексов тут, когда речь идет о людях действия.
Пустота душевная находит характерное отражение в финальной сцене романа, когда Санька берет в рот крестик, перед тем, как открыть огонь.
Зачем он ему на грани смерти? Затем, что бы эту зияющую пустоту внутри себя заполнить. 
Поэтому, вопросом для меня остается, чем сия плодородная пустота заполнится и что она еще породит?
Tags: год Лит-ры, политика, спихотерапия
Subscribe

Posts from This Journal “год Лит-ры” Tag

promo nemihail 14:00, yesterday 30
Buy for 20 tokens
Удивительно тонкий киношный троллинг, в определенный момент фильма у людей появляется стойкое отвращение к нетрадиционным связям, однако возникает оно именно в самом конце, когда ваш мозг буквально вывернут наизнанку. История про нарушение не только личного пространства, но и... (фото: Яндекс…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments