Кảмин (camin) wrote,
Кảмин
camin

Category:
  • Location:
  • Mood:

К 290-летнему юбилею отмены "тысячелетнего" русского рабства

Пока все прогрессивное человечество отмечает то юбилей поющего кулинара, то 20-летие шахраевской конституции по недоразумению называемой "ельцинской", а то и вовсе непонятное мне "послание" кого-то куда, я озаботился совсем другим фактом.
Я давно знал, что крепостное право в России было отменено несколько раньше, чем в современной цитадели западной демократии. Но я не обращал внимания на тот факт, что рабство в России было отменено еще раньше, чем крепостничество.
Первый раз звоночек для меня прозвенел, когда я решил проверить семейный миф о смене фамилии. По нему фамилию Камин, мой предок Волков получил во время раздачи крепостным фамилий. Его на месте не оказалось. Он бурлачил на Каме. И озверевший, записывать всех жителей его деревни Волковыми, писарь решил для разнообразия его сделать Каминым. Мои предки относили это событие к 19 веку. Но не совпадало количество "пра-" при перечислений колен отделявших меня от пращура. Их было сильно больше 3, которые могли отделять 45 лет между рождением  деда и 1864, когда крепостное право было отменено. Даже если поколения условно считать не по 20, а по 16 лет. Вероятно, что новую фамилию он получил раньше, в 18 веке.
История это подтверждает. Фамилии у крестьян можно обнаружить и в ревизских сказках при Петре 1. В это же время крестьяне, которые уходили на заработки, обзаводятся паспортами. И самое главное, что я понял. Петр не просто смешал при подушной переписи 1718 года крестьян с холопами в единый класс земледельцев.
В нашей стране издревле существовали подневольные люди – холопы. В эту категорию попадали военнопленные, неоплатные должники, осуждённые преступники. Были «закупы», получившие определенную сумму денег и поступившие в услужение, пока её не отработают. Были «рядовичи», служившие на основании заключённого договора. Хозяин имел право наказывать нерадивых, сыскивать беглых. Но, в отличие от европейских стран, не был властен над жизнью даже самого распоследнего из холопов. В Киевской Руси правом смертной казни располагали удельные и великие князья. В Московской Руси – сам государь с боярской думой.
В 1557 – 1558 годах, в то же самое время, когда в Англии обращались в рабство десятки тысяч согнанных с земли крестьян, Иван Васильевич Грозный издал ряд указов, ограничивших холопство. Прижал ростовщиков, принудительно снизил проценты займов до 10 % годовых. Запретил обращать в неволю за долги служилых людей (дворян, детей боярских, стрельцов, служилых казаков). Их дети, ставшие холопами за долги родителей, освобождались сразу, а взрослые могли подавать иски о возвращении в свободное состояние. Государь защитил подданных и от насильственного порабощения. Отныне человека можно было считать холопом только на основании «кабалы», особого документа, оформленного в земском учреждении. Царь ограничил неволю даже для пленных. На них тоже требовалось оформить кабалу установленным порядком. Дети «полоняника» считались свободными, а сам он освобождался после смерти хозяина, не передавался по наследству.
Но отметим, что отождествлять термины «холоп» и «раб» в целом было бы некорректно. Холопами являлись не только работники, но и ключники – управляющие княжеским, боярским, царским имением. Были военные холопы, составлявшие личные дружины бояр и князей. Они приносили присягу хозяину и служили ему, но при этом теряли юридическую самостоятельность. То есть, данный термин определял личную зависимость человека.
Кстати, в обращениях к царю «холопями» именовали себя отнюдь не все люди, а только служилые – от рядового стрельца до боярина. Священнослужители писали царю «мы, богомольцы твои». А простонародье, крестьяне и посадские – «мы, сироты твои». Обозначение «холопи» не было самоуничижением, оно выражало реальные отношения между монархом и данной общественной группой. Те, кто находился на службе, и впрямь выступали в отношении государя не свободными: он мог послать их сегодня туда, завтра сюда, дать какой-то приказ. По форме обращения духовных лиц видно, что и царь им обязан помогать: они же поддерживают государя своими молитвами. А обращение «сироты» указывает, что к простонародью монарх стоит «вместо отца», обязанного заботиться о своих чадах.
Но доля холопов в русском населении и в экономике была крайне незначительной. Обычно их использовали только в домашнем хозяйстве. А крепостного права в нашей стране долгое время вообще не существовало. Крестьяне были свободными. Если не нравится, могли уйти от землевладельца в другое место, уплатив «пожилое» (определённую плату за пользование избой, инвентарём, участком земли – в зависимости от местности и срока проживания). Великий князь Иван III определил единый срок для таких переходов – за неделю до Юрьева дня и неделю после Юрьева дня (с 19 ноября по 3 декабря).
И только в конце XVI века ситуацию изменил Борис Годунов. Он был по натуре «западником», силился копировать зарубежные порядки и в 1593 году подтолкнул царя Федора Иоанновича принять указ об отмене Юрьева дня. А в 1597 году Борис издал закон, установивший 5-летний сыск беглых крестьян. Мало того, по этому закону любой человек, прослуживший по найму полгода, становился вместе с семьёй пожизненными и потомственными холопами хозяина. Это ударило и по городской бедноте, мелким ремесленникам, породило массу злоупотреблений и стало одной из причин грянувшей Смуты.
Закон Бориса о холопстве вскоре был отменён, но крепостное право сохранилось после Смуты, было подтверждено Соборным Уложением Алексея Михайловича в 1649 году. Сыск беглых установили уже не в 5 лет, а бессрочный. Но стоит подчеркнуть, сам принцип крепостничества на Руси очень отличался от западного. Определённым статусом обладал не человек, а земля! Были волости «черносошные». Живущие здесь крестьяне считались свободными и платили подати государству. Были боярские или церковные вотчины. А были поместья. Они давались дворянам не насовсем, а за службу, вместо оплаты. Через каждые 2–3 года поместья перевёрстывались, могли отойти к другому владельцу.
Соответственно, крестьяне обеспечивали помещика, вотчинника или трудились для церкви. Они «прикреплялись» к земле. Но при этом могли полностью распоряжаться собственным хозяйством. Могли завещать его по наследству, подарить, продать. И тогда уже новый владелец вместе с хозяйством приобретал «тягло» по уплате податей государству или содержанию помещика. А прежний освобождался от «тягла», мог идти куда угодно. Мало того, даже если человек убежал, но успел нажить хозяйство или вступить в брак, русские законы защищали его права, категорически запрещали разлучать его с семьёй и лишать собственности.

В XVII веке в России были закрепощены не более половины крестьян. Вся Сибирь, Север, значительные области на юге считались «государевыми вотчинами», крепостного права там не было. Цари Михаил Фёдорович и Алексей Михайлович признавали и самоуправление казачьих областей, закон «с Дона выдачи нет». Любой беглый, попавший туда, автоматически становился свободным. Права крепостных и холопов защищали сельская община, Церковь, они могли найти защиту у самого царя. Во дворце существовало «челобитное окно» для подачи жалоб лично государю. Например, крепостные князя Оболенского пожаловались, что хозяин заставлял их работать в воскресенье и «матерно лаял». Алексей Михайлович за это посадил Оболенского в тюрьму, а деревню отобрал.
В Европе, кстати, взаимоотношения между слоями общества куда как отличались, из-за этого случались недоразумения.

Датским высокородным послам, возвращавшимся из Москвы, показалось, что русские мужики их медленно везут, их принялись подгонять пинками. Ямщики искренне удивились такому обращению, выпрягли возле Нахабино лошадей и заявили: они едут жаловаться царю. Датчанам пришлось просить прощения, задабривать русских деньгами и водкой. А жена английского генерала, поступившего на службу в Москву, возненавидела служанку, решила зверски расправиться с ней. Виноватой себя не считала – мало ли, знатная дама попыталась убить свою холопку! Но в России подобное не допускалось. Приговор царя гласил: учитывая, что жертва осталась жива, преступнице «всего лишь» отсечь руку, вырвать ноздри и сослать в Сибирь. Положение крепостных стало ухудшаться при Петре I. Прекратились переделы поместий между дворянами, они превращались в постоянную собственность. А вместо «подворного» налогообложения было введено «подушное». Причём каждый помещик начал платить налоги за своих крепостных. Соответственно, выступал владельцем этих «душ». Правда,именно Пётр одним из первых в Европе, в 1723 году, запретил в России рабство Дата, конечно не круглая, как например 400-летие дома Романовых. Но грех за следующие 10 лет не подготовиться к юбилею.
Tags: карательные хронологи
Subscribe

Posts from This Journal “карательные хронологи” Tag

promo camin 11:40, monday 2
Buy for 10 tokens
Бессонница канал о сновидениях, психотерапии, искусстве и философии Ведет: Алина Камина, психолог, экзистенциально-гуманистический терапевт. Для связи: @allez_op t.me
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments