Кảмин (camin) wrote,
Кảмин
camin

К 290-летнему юбилею отмены "тысячелетнего" русского рабства

Пока все прогрессивное человечество отмечает то юбилей поющего кулинара, то 20-летие шахраевской конституции по недоразумению называемой "ельцинской", а то и вовсе непонятное мне "послание" кого-то куда, я озаботился совсем другим фактом.
Я давно знал, что крепостное право в России было отменено несколько раньше, чем в современной цитадели западной демократии. Но я не обращал внимания на тот факт, что рабство в России было отменено еще раньше, чем крепостничество.
Первый раз звоночек для меня прозвенел, когда я решил проверить семейный миф о смене фамилии. По нему фамилию Камин, мой предок Волков получил во время раздачи крепостным фамилий. Его на месте не оказалось. Он бурлачил на Каме. И озверевший, записывать всех жителей его деревни Волковыми, писарь решил для разнообразия его сделать Каминым. Мои предки относили это событие к 19 веку. Но не совпадало количество "пра-" при перечислений колен отделявших меня от пращура. Их было сильно больше 3, которые могли отделять 45 лет между рождением  деда и 1864, когда крепостное право было отменено. Даже если поколения условно считать не по 20, а по 16 лет. Вероятно, что новую фамилию он получил раньше, в 18 веке.
История это подтверждает. Фамилии у крестьян можно обнаружить и в ревизских сказках при Петре 1. В это же время крестьяне, которые уходили на заработки, обзаводятся паспортами. И самое главное, что я понял. Петр не просто смешал при подушной переписи 1718 года крестьян с холопами в единый класс земледельцев.
В нашей стране издревле существовали подневольные люди – холопы. В эту категорию попадали военнопленные, неоплатные должники, осуждённые преступники. Были «закупы», получившие определенную сумму денег и поступившие в услужение, пока её не отработают. Были «рядовичи», служившие на основании заключённого договора. Хозяин имел право наказывать нерадивых, сыскивать беглых. Но, в отличие от европейских стран, не был властен над жизнью даже самого распоследнего из холопов. В Киевской Руси правом смертной казни располагали удельные и великие князья. В Московской Руси – сам государь с боярской думой.
В 1557 – 1558 годах, в то же самое время, когда в Англии обращались в рабство десятки тысяч согнанных с земли крестьян, Иван Васильевич Грозный издал ряд указов, ограничивших холопство. Прижал ростовщиков, принудительно снизил проценты займов до 10 % годовых. Запретил обращать в неволю за долги служилых людей (дворян, детей боярских, стрельцов, служилых казаков). Их дети, ставшие холопами за долги родителей, освобождались сразу, а взрослые могли подавать иски о возвращении в свободное состояние. Государь защитил подданных и от насильственного порабощения. Отныне человека можно было считать холопом только на основании «кабалы», особого документа, оформленного в земском учреждении. Царь ограничил неволю даже для пленных. На них тоже требовалось оформить кабалу установленным порядком. Дети «полоняника» считались свободными, а сам он освобождался после смерти хозяина, не передавался по наследству.
Но отметим, что отождествлять термины «холоп» и «раб» в целом было бы некорректно. Холопами являлись не только работники, но и ключники – управляющие княжеским, боярским, царским имением. Были военные холопы, составлявшие личные дружины бояр и князей. Они приносили присягу хозяину и служили ему, но при этом теряли юридическую самостоятельность. То есть, данный термин определял личную зависимость человека.
Кстати, в обращениях к царю «холопями» именовали себя отнюдь не все люди, а только служилые – от рядового стрельца до боярина. Священнослужители писали царю «мы, богомольцы твои». А простонародье, крестьяне и посадские – «мы, сироты твои». Обозначение «холопи» не было самоуничижением, оно выражало реальные отношения между монархом и данной общественной группой. Те, кто находился на службе, и впрямь выступали в отношении государя не свободными: он мог послать их сегодня туда, завтра сюда, дать какой-то приказ. По форме обращения духовных лиц видно, что и царь им обязан помогать: они же поддерживают государя своими молитвами. А обращение «сироты» указывает, что к простонародью монарх стоит «вместо отца», обязанного заботиться о своих чадах.
Но доля холопов в русском населении и в экономике была крайне незначительной. Обычно их использовали только в домашнем хозяйстве. А крепостного права в нашей стране долгое время вообще не существовало. Крестьяне были свободными. Если не нравится, могли уйти от землевладельца в другое место, уплатив «пожилое» (определённую плату за пользование избой, инвентарём, участком земли – в зависимости от местности и срока проживания). Великий князь Иван III определил единый срок для таких переходов – за неделю до Юрьева дня и неделю после Юрьева дня (с 19 ноября по 3 декабря).
И только в конце XVI века ситуацию изменил Борис Годунов. Он был по натуре «западником», силился копировать зарубежные порядки и в 1593 году подтолкнул царя Федора Иоанновича принять указ об отмене Юрьева дня. А в 1597 году Борис издал закон, установивший 5-летний сыск беглых крестьян. Мало того, по этому закону любой человек, прослуживший по найму полгода, становился вместе с семьёй пожизненными и потомственными холопами хозяина. Это ударило и по городской бедноте, мелким ремесленникам, породило массу злоупотреблений и стало одной из причин грянувшей Смуты.
Закон Бориса о холопстве вскоре был отменён, но крепостное право сохранилось после Смуты, было подтверждено Соборным Уложением Алексея Михайловича в 1649 году. Сыск беглых установили уже не в 5 лет, а бессрочный. Но стоит подчеркнуть, сам принцип крепостничества на Руси очень отличался от западного. Определённым статусом обладал не человек, а земля! Были волости «черносошные». Живущие здесь крестьяне считались свободными и платили подати государству. Были боярские или церковные вотчины. А были поместья. Они давались дворянам не насовсем, а за службу, вместо оплаты. Через каждые 2–3 года поместья перевёрстывались, могли отойти к другому владельцу.
Соответственно, крестьяне обеспечивали помещика, вотчинника или трудились для церкви. Они «прикреплялись» к земле. Но при этом могли полностью распоряжаться собственным хозяйством. Могли завещать его по наследству, подарить, продать. И тогда уже новый владелец вместе с хозяйством приобретал «тягло» по уплате податей государству или содержанию помещика. А прежний освобождался от «тягла», мог идти куда угодно. Мало того, даже если человек убежал, но успел нажить хозяйство или вступить в брак, русские законы защищали его права, категорически запрещали разлучать его с семьёй и лишать собственности.

В XVII веке в России были закрепощены не более половины крестьян. Вся Сибирь, Север, значительные области на юге считались «государевыми вотчинами», крепостного права там не было. Цари Михаил Фёдорович и Алексей Михайлович признавали и самоуправление казачьих областей, закон «с Дона выдачи нет». Любой беглый, попавший туда, автоматически становился свободным. Права крепостных и холопов защищали сельская община, Церковь, они могли найти защиту у самого царя. Во дворце существовало «челобитное окно» для подачи жалоб лично государю. Например, крепостные князя Оболенского пожаловались, что хозяин заставлял их работать в воскресенье и «матерно лаял». Алексей Михайлович за это посадил Оболенского в тюрьму, а деревню отобрал.
В Европе, кстати, взаимоотношения между слоями общества куда как отличались, из-за этого случались недоразумения.

Датским высокородным послам, возвращавшимся из Москвы, показалось, что русские мужики их медленно везут, их принялись подгонять пинками. Ямщики искренне удивились такому обращению, выпрягли возле Нахабино лошадей и заявили: они едут жаловаться царю. Датчанам пришлось просить прощения, задабривать русских деньгами и водкой. А жена английского генерала, поступившего на службу в Москву, возненавидела служанку, решила зверски расправиться с ней. Виноватой себя не считала – мало ли, знатная дама попыталась убить свою холопку! Но в России подобное не допускалось. Приговор царя гласил: учитывая, что жертва осталась жива, преступнице «всего лишь» отсечь руку, вырвать ноздри и сослать в Сибирь. Положение крепостных стало ухудшаться при Петре I. Прекратились переделы поместий между дворянами, они превращались в постоянную собственность. А вместо «подворного» налогообложения было введено «подушное». Причём каждый помещик начал платить налоги за своих крепостных. Соответственно, выступал владельцем этих «душ». Правда,именно Пётр одним из первых в Европе, в 1723 году, запретил в России рабство Дата, конечно не круглая, как например 400-летие дома Романовых. Но грех за следующие 10 лет не подготовиться к юбилею.
Tags: карательные хронологи
Subscribe

Posts from This Journal “карательные хронологи” Tag

promo camin april 13, 2037 11:22 75
Buy for 10 tokens
Бывший Как вернуть любимогоPosted by Андрей Камин on 17 сен 2017, 08:22 Есть так же каналы: 1) Ратэпп https://t.me/ratepp с трансяциейratepp и группы вконтакте и еще пары источников и уютныечатики для обсуждения новостей из жизни телефонов доверия в Телеге и Вацапе. А теперь…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments